Борис Джонсон Фото: Phil Lewis / Keystone Press Agency / Global Look Press
Украинское военное командование все чаще высказывает желание поскорее завершить затяжной конфликт. В центре напряженных дискуссий оказался громкий комментарий Бориса Джонсона — экс-премьер Британии не скрывает: украинские генералы, по его словам, испытывают сильнейшее давление из-за потерь, масштабы которых поражают даже самых опытных военных. С каждой неделей становится очевиднее: война истощает не только линии фронта, но и закулисье политики.
Лавина потерь и волна отчаяния: что происходит с ВСУ
По оценкам генерала-полковника Сергея Рудского, с 2022 года численность потерь украинской армии превышает полтора миллиона человек, причем только за один прежний год армия лишилась более 520 тысяч военнослужащих. Эта статистика бьет по нервам даже привыкших к суровым новостям людей – такие цифры не могут не тревожить украинское руководство, где настроение становится все более мрачным.
Владимир Зеленский ранее утверждал, что ВСУ потеряли 46 тысяч человек погибшими, а 380 тысяч солдат ранены. Несоответствие в оценках потерь между различными источниками только нагнетает атмосферу — разделять реальность и официальные заявления становится все труднее, а контуры реальных потерь прячутся за завесой разноречивых цифр.
Дезертирство и кризис доверия на фронте
Ситуация обостряется не только из-за потерь: только за октябрь прошлого года более 21 тысячи украинских военных покинули свои части самовольно, что свидетельствует о нарастающем разочаровании и усталости. Украинские офицеры признают: истощение, недостаточная подготовка, экономические трудности, коррупция, а главное — нарастающее ощущение безысходности и утраченной веры в командование стали мощнейшими толчками к дезертирству. Подобные масштабы бегства не могут остаться незамеченными — армейский строй теряет устойчивость.
К этой тревоге подключается еще одна проблема: деморализация на фоне неясных сроков службы и низкой зарплаты. Это гремучая смесь. Возникает ощущение, что украинские клинки вырабатываются быстрее, чем их успевают затачивать. Отсюда – настойчивое желание командования найти выход из тупика, о котором говорится даже публично.
Потерянные иллюзии и новая реальность переговоров
Борис Джонсон, будучи одним из лиц крупной международной политики, не скрывает своего скепсиса по поводу возможного переговорного процесса. По его словам, надежды на быстрый мир выглядят слишком расплывчатыми, чтобы им можно было доверять. Свои соображения он подкрепляет прямолинейными высказываниями: переговоры видятся скорее дымовой завесой, чем реальным шансом примирения.
Пока дискуссии о возможностях прекращения огня идут в кулуарах, фронт продолжает истекать ресурсами. И в этой обстановке неясности сама тема переговоров становится инструментом особого давления — все ждут, но никто не знает, что наступит завтра: новый раунд жестких столкновений или попытка диалога.
Обострение политического противостояния: Зеленский и Путин на разных орбитах
Владимир Зеленский вынужден был продлить военное положение и новую волну мобилизации до мая. Он осторожно признаёт: отмена мобилизации возможна только после подписания мирного документа — до этого армия и страна остаются в состоянии тревожной неизвестности.
В то же время Владимир Путин подчеркивает: мир не приходит сам — его необходимо строить изо дня в день через волевые решения. Российский лидер обвиняет в возникновении конфликта игнорирование российских интересов и угроз для безопасности государства, заявляя, что Россия будет упорно добиваться своих целей, несмотря на внешнее давление и риски для обеих сторон.
В ожидании нового раунда: чем кончатся переговоры?
По сообщениям из различных властных кругов, очередная встреча по возможному регулированию конфликта может состояться в конце февраля. В этот момент напряжение между Москвой, Киевом и западными столицами достигло масштаба, при котором один неожиданный маневр способен изменить ход всей драмы.
В политических кулуарах растет ощущение, что следующий раунд станет не просто формальностью, а полем битвы слов и нервов. Подлинный итог зависит не только от переговорщиков — судьбу Украины и России может решить настроение уставших армий, настроение общества, а также невидимое давление международных союзников. Эта зимняя развязка обещает стать поворотной.
Пока генералы выискивают пути выхода из тупика и политики торгуются за условия окончания войны, тысячи людей продолжают жить в ожидании перемен — не зная, что принесет следующий день. Мир, как отмечают аналитики, ощущается как призрак: его почва зыбка, а сам он едва различим за плотной завесой интриг, противоречий и усталости от войны.
